Jan. 30th, 2014

fromtxwithlove: (letters)
О войне было говорить принято, но не так как, а так как надо. Идеологическая формула стала привычкой.
Эмиграция дает возможность столкнуться разными людьми. Как-то, когда я еще учила английский, встречаюсь я в нашем ПТУ колледже с одной почтенной дамой из Минска. А она, оказывается, первые годы жизни провела в блокадном Ленинграде. И начинает дама возмущаться статьей о блокаде, перепечатанной в эмигрантской газете.
- Что они пишут. Дескать Гитлер и не хотел брать город, он рассчитывал что все умрут с голоду. За кого нас держат. Как они могут.
Я в начале растерялась, не могла ни как понять чем ее так задело желание Гитлера уморить голодной смертью Ленинград. Однако, быстро поняла, что задевает любое высказывание вне канонов. Вспомнила рассказ из интервью одной писательницы о ее подсчетах сброшенного на блокадный город продовольствия и блокадных норм для населения. Часть еды по этим цифрам куда-то исчезла. Чтобы перевести разговор с обсуждения статьи, я заговорила о тех, кто наживался во время войны. Об этом говорить можно, потому что подпадает под другие каноны, - народные.
Но меня больше волнует и занимает не традиционное обыкновенное воровство ответственных лиц , о другая вещь, о которой тоже не говорят.
Очень часто приходилось слышать, читать, как продали или выменяли что-то из вещей и ценностей. И не разу я не находила упоминаний, как купили, приобрели, приобрели вещи в обмен на продукты или нечто нужное во время войны. Были, были люди, которые в обмен на продукты, медикаменты, дрова и тому подобное, готовы были забирать туфли, посуду, швейные машинки. И где эти люди, кто они? Куда они делись после войны? Растворились среди прочих и врут свои истории о войне, сели по мелкому криминалу или что? А еще ведь были честные мародеры, которые у беженцев, эвакуированных воровали. В мирное время воры обыкновенные, а во время войны - мародеры. Любопытно, что они рассказывали о войне своим детям.
Page generated Sep. 24th, 2017 10:29 am
Powered by Dreamwidth Studios